| ВС | ПН | ВТ | СР | ЧТ | ПТ | СБ |
|---|---|---|---|---|---|---|
| 30 | 31 | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 |
| 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 |
| 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 |
| 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 |
| 27 | 28 | 29 | 30 | 1 | 2 | 3 |
Было раннее утро, когда Бахыш-киши, опираясь на палку, похожую на пастушеский посох, неторопливо шагал по тропинке между зелеными эльдарскими соснами. Веял легкий рассветный ветер, но гудение стрекоз предвещало, что скоро он стихнет и день будет знойный.
Было раннее утро, когда Бахыш-киши, опираясь на палку, похожую на пастушеский посох, неторопливо шагал по тропинке между зелеными эльдарскими соснами. Веял легкий рассветный ветер, но гудение стрекоз предвещало, что скоро он стихнет и день будет знойный.
Статный, кряжистый, с густой шапкой седых волос, Бахыш-киши чем-то напоминал могучий дуб, поднявшийся среди молодых сосенок. И то сказать - по всему было заметно, что он этой молодой роще сродни. Не он ли вот уже который год ухаживал за деревьями, щедро поил их водой, окапывал... Он чувствовал себя не хозяином, а скорее частью этой рощи. Он заботился о ней, как в семье заботятся о ребенке. И вот он шел, отбрасывая посохом с тропинки сухие ветки, внимательно оглядывая деревья - все ли в порядке, не произошло ли чего за время его отсутствия.
Собственно, отлучка-то была недолгой - всего недели две, но Бахыш-киши был домоседом, никуда из родных мест выезжать не любил, даже отпуска свои вот уже который год подряд проводил здесь, в зеленой сосновой роще. А когда кто-нибудь из родных принимался укорять его: "Давно тебе, Бахыш, пора уехать отсюда и отдохнуть хорошенько!"-старый садовник не на шутку сердился: "Ты понимаешь или нет, что для меня здесь - лучший отдых!"
И это была сущая правда. Цель в жизни, смысл ее, призвание Бахыш-киши обрел по-настоящему здесь, в этом знойном уголке Апшерона, в сосновой роще, которую своими руками сажал, холил, пестовал. Без этих сосенок он, кажется, не мог и не хотел дня прожить. Наверняка оп сейчас бы отказался от поездки, но письмо, позвавшее в дорогу, растревожило душу. Писали его боевые друзья из Белоруссии, те, с кем он делился в годы войны хлебом, те, с кем вместе он воевал в болотистых чащобах Полесья. Сейчас они звали его на встречу ветеранов - мог ли он не откликнуться? В тот же день Бахыш-киши отбил в почтовом отделении телеграмму: "Ждите, еду", и в назначенный срок вылетел утренним рейсом в Минск.
И теперь, шагая по участку, где сосны уже подросли, сомкнули ветви, /Бахыш-киши вспоминал густую тень белорусского леса, поляну, на которой зажгли старые бойцы костер, как в те давние военные годы, как звучали фронтовые песни... Радостной была встреча старых партизан, радостной и грустной. Большое счастье - увидеть товарищей по оружию, с которыми судьба надолго разлучила. И очень трудно вспоминать о тех, кого унесла война, кто на фронте погиб, кто после - от ран. И то сказать - сорок лет прошло. Было в войну Бахышу двадцать три года, в отряде он был одним из самых молодых.